Михаил Иванович Трепашкин - московский адвокат, бывший сотрудник КГБ и ФСБ. Эксперт Общественной Комиссии по расследованию взрывов домов в Москве и Волгодонске и событий в Рязани. Арестован 22 октября 2003 года, накануне заседания суда, где он планировал предъявить факты, которые могли дать основание утверждать о причастности спецслужб к организации взрывов жилых домов в сентябре 1999 года. Предлог для ареста - в его машине был обнаружен пистолет. Сам Трепашкин утверждает, что пистолет был подброшен. После незаконного задержания Трепашкин был помещен в пыточные условия: грязная камера 1,6х2 м, пытки голодом, холодом, лишением сна. 19 мая 2004 г. за незаконное хранение оружия и разглашение гостайны приговорен Московским окружным военным судом к 4 годам колонии-поселения, начиная с 1 декабря 2003 г. 4 ноября 2003 года бывшие политические узники, среди которых Елена Боннэр, Сергей Ковалев и Владимир Буковский, призвали Amnesty International признать Трепашкина политзаключенным.

15.03.2006

Письмо Борису Березовскому

Письмо Михаила Трепашкина Борису Березовскому

Г-ну БЕРЕЗОВСКОМУ
Борису Абрамовичу
От Трепашкина Михаила Ивановича,
адвоката Московской коллегии адвокатов "Межрегион",
незаконно осужденного по сфабрикованным обвинениям
в совершении нестражных преступлений средней тяжести —
ч.1 ст.222 и ч. 1 ст. 283 УК РФ к 4 годам колонии-поселения,
но помещенного в ФГУ ИК-13 общего режима (г. Нижний Тагил)
ГУ ФСИН Российской Федерации по Свердловской области
за колючую проволоку


УВАЖАЕМЫЙ БОРИС АБРАМОВИЧ !

Огромнейшее Вам человеческое спасибо за ту поддержку и помощь, которую Вы оказали мне и моей семье в тяжелой ситуации, возникшей из-за конфликта с нынешними властями. А суть этого конфликта кроется в преследовании меня как адвоката за надлежащее выполнение своих адвокатских обязанностей по защите прав клиентов, в частности, по представлению интересов потерпевших от подрыва домов в городе Москве в сентябре 1999 года.

Власти в очередной раз решили пойти на обман. После подрыва домов в городах Москве и Волгодонске они объявили, что это сделано чеченскими сепаратистами, чтобы перед Европой оправдать тот беспредел, который чинился в Чечне при борьбе за контроль над нефтью. И, действительно, требования о прекращении убийств невинных людей в Чечне уменьшились, притихли, а рейтинг президента России Путина В.В. как "борца с чеченскими террористами" резко возрос! Заметьте, как могут извратить реальное событие управляемые СМИ. За короткое время Путин В.В. стал настоящим национальным и даже межнациональным героем в борьбе с международным терроризмом. Но ведь это не совсем так. В деле по подрыву домов в городе Москве в сентябре 1999 года нет ни одного обвиняемого чеченца! Попытались грубо подтянуть Хаттаба через карачаевца Гочияева А., но он тоже не чеченский житель. Где чеченские террористы, чтобы показать, что именно из-за них нужно "мочить всех в сортире"? — Их нет! Нет для думающего человека, не привыкшего доверять лживым, зависимым СМИ.

А вот по уголовному делу, расследуемому ФСБ Российской Федерации и Генеральной прокуратурой Российской Федерации по факту подрыва домов, появилось много обстоятельств, свидетельствующих о том, что спецслужбы и прокуратура не заинтересована в объективном расследовании дела, ибо там "торчали их уши". Именно на эти обстоятельства я и решил обратить внимание депутатов Государственной Думы Российской Федерации Юшенкова Сергея Николаевича и Ковалева Сергея Адамовича, образовавших Общественную комиссию по расследованию обстоятельств подрыва домов в городах Москве и Волгодонске осенью 1999 года. Как представителю потерпевших сестер Морозовых Т.А. и Е.А., а также как специалист по расследованию подобных преступлений я указанной Общественной комиссией использовался в качестве эксперта и консультанта.

Но те обстоятельства, на исследовании которых я обращал внимание комиссии, почему-то скрывались официальными силовыми структурами, прежде всего ФСБ Российской Федерации. Моя работа вызывала сильное раздражение как в руководстве ФСБ Российской Федерации, так и Генеральной прокуратуры. Мне стали раздаваться угрозы, а потом были подброшены патроны и возбуждено уголовное дело по ряду статей Уголовного кодекса Российской Федерации. Веских оснований для возбуждения уголовного дела не имелось, а все было сделано для шантажа: не сотрудничай с Общественной комиссией Ковалева С.А., не лезь в дело по взрывам домов, и тогда все дела прекратятся в отношении тебя. Но я на компромисс не пошел. Более того, я получил доказательства, что ФСБ Российской Федерации приложили руку в плохом значении и к захвату в октябре 2002 года заложников в театральном центре на Дубровке.

Я очень надеялся, что после ознакомления с материалами дела и допроса Крымшамхалова Ю. и Деккушева А. в суде смогу увязать все предварительно собранные косвенные доказательства и получить конкретные прямые доказательств об истинных организаторах и исполнителях подрыва домов. Много доказательств пересекались с событиями в "Норд-осте" и другими террористическими акциями. Но этого очень почему-то боялись ФСБ и Генеральная прокуратура Российской Федерации. У них была своя версия событий — чеченская. К тому, чтобы меня отстранить от дела и лишить допуска к материалом о взрывах домов, были подключены немалые оперативные силы.

Накануне начала процесса в Мосгорсуде в отношении Крымшамхалова Ю. и Деккушева А. мне в автомашину нагло был брошен пистолет, якобы "принадлежащий чеченским боевикам", и меня арестовали по подозрению в подготовке убийства президента России Путина В.В. Это было 22 октября 2003 года. Откуда они взяли этот бред, я до сих пор не знаю. Но я оказался под стражей, в изоляции от адвокатских дел и от людей.

Сразу же активизировалось рассмотрение ранее возбужденного уголовного дела. Там было обнаружено письмо ФСБ Российской Федерации, где указывалось, что якобы я по поручению находящихся в Лондоне А.В.Литвиненко и Б.А.Березовского, сотрудничающих с английской спецслужбой МИ-5 и сдающих им различную информацию, намерен при изучении дела по подрыву домов в Москве собрать компромат на ФСБ Российской Федерации, а поэтому необходимо предпринять все возможные меры, чтобы не допустить к материалам дела (том 1 л.д. 4-6). Вот меня по беспределу арестовали, а потом также по беспределу и осудили! Правда, в последующем прекратили дело с фоном "покушения на Путина В.В.", но меня до сих пор не хотят выпускать из-за колючей проволоки. Просто чудовищно, что в наше время такое может быть. И жаль, что по такому очевидному делу столь слаба реакция мировой общественности. Ведь любой юрист, даже бегло посмотрев мой приговор, увидит, что я сижу ни за что! Нет надлежащей реакции на грубые нарушения общепринятых норм международного права по условиям моего содержания! Очень жаль.

Я понимаю, что если бы дело по факту подрыва домов в городах Москве и Волгодонске было бы "чистое", объективно и полно расследовано и спецслужбы к преступлению были непричастны, то меня, наоборот, допустили к делу, чтобы я убедился в этом. А так как произошло обратное, значит власти боятся огласки всех деталей дела, чтобы не всплыла истина об их роли в столь зловещем преступлении.

Я уже два с половиной года сижу в российских тюрьмах и зонах за те деяния, которых вовсе не совершал! Сижу по надуманным обвинениям, где в качестве доказательств используется лишь лжедонос одного-единственного лица — полковника ФСБ Российской Федерации в запасе (хотя он лично говорил, что снова работает с ФСБ Российской Федерации) Шебалина Виктора Васильевича, человека непорядочного и лживого как охарактеризовала его бывшие коллеги по службе в КГБ СССР — ФСБ Российской Федерации.

Уважаемый, Борис Абрамович!

В сталинские времена невинных людей судили под рукоплескание общества как врагов народа по каким-то несуразным обвинениям. Пусть формально, но судил суд.

В сталинские времена "народными избранниками" принимались законы, которые позволяли уничтожить безвинных людей.

Общее одобрение вызывала теория Прокурора СССР Вышинского, по которой в Сибирь ссылались семьи врагов народа, вплоть до маленьких детей за то, что они "просмотрели" и "вырастили в семье врага народа". А виновными в этом оказывались даже только родившиеся дети. И рукоплескали этой теории.

Ученые — процессуалисты предложили ввести теорию, что царицей доказательств вины человека — является его собственное признание. И с торжественными рукоплесканиями была принята эта теория на очередном форуме партии власти. А как следствие — допросы по форме № 1, доносы лгунов, лжесвидетели, пытки и сотни тысяч жертв!!!

Как зашоренные зомби люди шли по курсу руководящей партии! Своих мозгов не было? Думать и анализировать не могли? И свою вину в уничтожении людей, уничтожение под одобряющее рукоплескание пытаются перенести на одного Сталина. А так ли это?

По-моему мнению, сейчас в обществе происходит что-то подобное. У нас снова стали безжалостно уничтожить тех, кто придерживается несколько иных воззрений, чем правящая КГБ-ФСБэшная буржуазная партия власти "Единая Россия".

В расправе над неугодными принимают участие наши "справедливые, беспристрастные, независимые" судьи и прокуроры, тоже выстроенные в так называемую "вертикаль власти". Снова во главу угла ставится не закон, а указания "сверху" и т.д. и т.п. Процесс пожирания конкурентов на престол власти, процесс самопожирания чиновников, процесс уничтожения людей очень схож. И все смотрят на это и одобряют. Снова зашоренность от реально творящегося. И снова никто не желает ни думать, ни анализировать.

Мое дело — это лишь один маленький эпизод беспредела властей, антидемократизма, путинской властной тирании. Это наглядный и типичный пример происходящих процессов "демократии" и "построения правового государства" в России. Я сошлюсь только на последние события — отмена моего условно-досрочного освобождения и возврат снова в зону за колючую проволоку, а также повторное рассмотрение моего ходатайства об условно-досрочном освобождении.

Не оставшись за границей и вернувшись в г. Нижний Тагил, я наделялся на то, что дело будет рассмотрено повторно в соответствии с требованиями федеральных законов России, по Конституции Российской Федерации и соблюдением прав, гарантированных общепринятыми нормами международного права, подписанными и Россией. Но Вы оказались правы. С момента возврата в Россию я уже столкнулся с теми действиями, которые далеки от законов России. Имея даже по сфабрикованному обвинению нестражное наказание — колонию-поселение, я без судебных решений был заключен под стражу.

Оказалось, что постановление суда от 19 августа 2005 года о моем условно-досрочном освобождении, хотя и было вынесено в соответствии с законом, не понравилось ФСБ Российской Федерации и Администрации Президента Российской Федерации. По беспределу заместителем Генерального прокурора Российской Федерации Савенковым А.Н. были наказаны все, кто оказался причастным к моему освобождению и отменено путем давления на Свердловской областной суд то решение, которое уже вступило в силу.

О законе здесь в Свердловском крае не принято упоминать. Высокопоставленные чиновники из Москвы даже не пытались маскировать свои беспредельные незаконные действия. Они не постеснялись и прямо в личное дело, исследовавшееся в судебном заседании в октябре-ноябре 2005 года, подшили письмо от имени заместителя Генерального прокурора Российской Федерации — Главного военного прокурора А.Н.Савенкова о том, что меня нужно всячески удерживать в зоне, устроить прессинг за то, что я являюсь адвокатом Б.А.Березовского, с которым у президента России Путина В.В. неприязненные отношения.

Вот за это меня снова заперли по беспределу в ИК-13 г. Нижнего Тагила, подвергли жуткому психологическому прессингу (по разработке психологов ФСБ Российской Федерации), продолжают удерживать за колючей проволокой в унижающих человеческое достоинство условиях, а через управляемые СМИ лгать, что я содержусь чуть ли не в санаторных условиях. Чтобы создать повод для дальнейшего моего удерживания в зоне ИК-13, по указанию все тех же чиновников из Москвы на меня буквально "навесили" ряд взысканий за придуманные ими же правонарушения.

Суды специально затягиваются, чтобы я сидел до упора и вышел инвалидом (у меня бронхиальная астма, а меня поместили рядом с химическим комбинатом, литейным производством, а также производствами ферро-титана и ферро-алюминия). Судье Ильютику Д.А., который рассматривал повторно мое ходатайство об условно-досрочном освобождении и готов был его удовлетворить, было высказано сотрудниками Свердловской областной прокуратуры (по заказу чинов из Москвы): "Если ты Трепашкина отпустишь, то ищи себе другую работу!". А в Нижнем Тагиле нет такой высокооплачиваемой другой работы. Разумеется, судья Ильютик Д.А. оставил меня в зоне для дальнейшего отбывания наказания по надуманным основаниям. Вот и вся независимость российских судей!

Руководители администрации ИК-13 мне открыто заявили: "Либо мы тебя похороним, либо нас уволят!".

Живу как на вулкане!

Уважаемый Борис Абрамович! Я почему на нескольких листах описал небольшую часть того, что творится вокруг меня как адвоката в России. Дело в том, что власти России, прессингуя меня за мою адвокатскую и правозащитную деятельность, за разоблачительные публикации, за жалобы по конкретным фактам правового беспредела, в том числе в Европейский суд по правам человека, совершили и совершают массу нарушений общепринятых норм международного права.

К сожалению, правозащитное движение в России очень слабое, и власти смотрят на их требования свысока.

Учитывая Ваш богатый политический опыт, в том числе международный я хотел бы попросить о помощи либо получить совет для решения следующих 3-х проблем:

1. В нарушение ст. 73 Уголовно-исполнительного кодекса России, конституции Российской Федерации и норм международного права власти, чтобы запереть меня в изоляции, незаконно отправили меня за 2200 км от дома и семьи, лиши меня реальной возможности общаться с детьми. Такая ситуация — не просто пыточные условия содержания. Это — обыкновенный фашизм властей!

Я по этому поводу обращался в десятки инстанций России, включая уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, а также в "Международную амнистию", но сдвигов в решении этого вопроса нет.

Возможно, что из зоны не все жалобы дошли до адресатов, иногда их просто выбрасывают. Возможно, что ФСИН России дали по запросам какие-нибудь отписки. Но я удерживаюсь в жуткой изоляции уже 2 года 3 месяца и за это время смог встретиться с детьми лишь в начале сентября 2005 года. Да и то я мало с ними пообщался по 2-м причинам:

— нужно было преодолевать барьер длительной разлуки, они должны были привыкнуть, что я их отец;
— из тюрьмы я вышел весь больной и, не зная диагнозов, я опасался много общаться с детьми.

2. Я нахожусь в условиях, унижающих человеческое достоинство, опасных для моего здоровья, и создающих реальную угрозу моей личной безопасности. Меня заслали в г. Нижний Тагил и поместили, вопреки приговору, не в колонию-поселение, а в ИК общего режима. В медицинской помощи отказывают открыто. Постоянно идут угрозы физической расправы.

Внутри России я уже обращался по этому поводу в различные инстанции.

Комиссии, в том числе от Уполномоченного по правам человека или Генеральной прокуратуры Российской Федерации, не приезжают! А проверки фальсифицируются местной прокуратурой, заинтересованной в сокрытии фактов нарушения прав человека, правонарушений и даже преступлений должностных лиц ФСИН России.

Свердловский край в настоящее время превратился в регион, где осужденных содержат в унижающих человеческое достоинство условиях, пытают, избивают, вешают, убивают! А реакции общественности никакой!? Поэтому и безответственность полная, ложь и продолжение вакханалии. Вот характерный пример: на осужденного спускают собаку, а потом сотрудники администрации пишут, что зэк набросился и укусил собаку за спину, за что был избит, а собака покусала его, лишь обороняясь. И прокуроры, надзирающие за законностью, принимают такие бредовые объяснения.

По тем условиям, которые унижают человеческое достоинство, именно моего нахождения в ФГУ ИК-13, я сумел описать даже в СМИ. Ни один из моих аргументов не опровергнут!

Однако реакции никакой.

3. Я лишен доступа к пересмотру своего уголовного дела, по которому отбываю наказание. Все соглашаются, что приговор явно надуман, обвинение сфабриковано, и я сижу в зоне за колючей проволокой незаконно. Но до сих пор, в нарушение ст. 46 Конституции России и общепринятых норм Международного прав, я не могу добиться пересмотра дела, сфабрикованного по заказу ФСБ Российской Федерации и Главной военной прокуратуры судьей Московского окружного военного суда Седовым С.П.

Мои надзорные жалобы в Президиум Верховного Суда Российской Федерации исчезают бесследно!

Я планирую еще раз обратиться в Международную комиссию юристов, чтобы с их стороны инициировать обращения к Представителю Верховного Суда России о пересмотре дела.


Буду очень признателен за совет и помощь.

Большое спасибо за все, что Вы уже сделали в плане моей поддержки и поддержки моей семьи!

С величайшим уважением,
М.И.Трепашкин
г. Нижний Тагил, 19 отряд ФГУ ИК-13
15 января 2006 года


P.S. Уважаемый Борис Абрамович! Сегодня, 15 марта 2006 года, игнорируя все Федеральные законы России и общепринятые нормы международного права, Свердловский областной суд полностью подтвердил все мои опасения, касающиеся условно-досрочного освобождения от заключения меня в колонию. Опасения эти касаются того, что даже суд такого высокого уровня оказался в политической зависимости от московских чиновников путинской клики в выборе своего решения. Как и следовало из их планов, меня велено удерживать в изоляции и дальше.

В этой связи считаю необходимым осветить в СМИ текст моего к Вам письма от декабря 2005 года (в действительности, от 15 января 2006 г. — прим.ред.), чтобы доказать правдивость изложенного и зловещность планов палачей.

С уважением,
М.И.Трепашкин
15 марта 2006 года

Ярлыки:

Комментарии: 0:

Отправить комментарий

Подпишитесь на каналы Комментарии к сообщению [Atom]

<< Главная страница